Желание рискнуть вопреки мольбам разума остановиться, которые ведут теперь непрерывную войну. Если это и есть страстный второй план, то Гудмен прав, она его ощущала, но совершенно не планировала демонстрировать, так как война ещё не проиграна и победитель не явно выражен.

И вот тут-то началось ограбление. Баронесса не выразила никаких эмоций, просто сделала несколько шагов назад и поправила причёску. Настроение внезапно стало намного лучше.

«Мог бы отыскать маску получше», — подумала Фелисити.

И пока Фелисити была занята драматической работой над собой, Рита Климова очень ловко спасла её от робота. Ей в ответ баронесса кивнула, одновременно и отвечая на вопрос и соглашаясь с предложением увести в безопасное место. Что же пусть попробует.

А в этих новоприбывших гостях ещё неизвестно кто или что смущало больше. Его настрой? Пушка? Роботы? Роботы?! Он что-то упоминал про огнемёт... Выглядит всё это не слишком радостно.

Мортимер уже сам был раздражен излишними поспешными выводами второй дамочки, которой не помешало бы хоть иногда включать ум и научиться уже держать свои эмоции под контролем.

Свою чушь та несла с такой уверенностью, будто она какая-то великая и властная императрица, а не та, что перла напролом против роботов. Как минимум двое робо-пауков могли спокойно поджарить её убойной дозой огня, а там и лакеи спустя пару секунд добавили бы от себя огоньку и даже куча воды, что тут пролилось не спасло бы её от ожогов третьей, а то и четвертой степени, потому что столько огня вода не способна потушить прям сразу, но даже если будет ну совсем уж много воды, чтобы затопить помещение, то вот от уже полученных ожогов это не спасет.

Но Кинг даже не улыбался снисходительно, он просто не воспринимал её вообще как человека, даже как глупую женщину

Встретить ту девушку из камеры ГДР на гонках, а теперь Кобру из крестов вот так, в Москве, на площади. Ну удивительно же! Как и удивительно то, что среди друзей обычной безобидной медсестры Шевчук одни сокамерницы! И часто же приходится ей в таких местечках пребывать... стоит об этом подумать, но не сейчас.

В общем, Фелисити немного задержалась в гостиной, потому что уж очень её занимало это зрелище. Ведь весь этот переполох был устроен её руками, а потому и исполнение хотелось досмотреть до конца. Однако надо было продолжать изображать из себя испуганную светскую даму и последовать в сад за всеми гостями.

Да и, будь мы парой, ты б уже на моих трусиках бы повесилась.  Ну, потому что своих не носишь.

У человека горе от ума: просто поражает тупость и идиотизм, творящиеся вокруг.

«Действительно, в Штази могли сделать вид, что Силвия им не интересна. Только сделать вид... Она ведь очень ловко ускользнула прямо из их рук и очень странно о ней все забыли. А что если не забыли? Подстроили смерть мужа. Затем подкупили среди её окружения человека, который и начал распускать сплетни о том, что она страдает не так, как нужно. Это подхватили соседи и знакомые. Люди ведь любят подобные сплетни. И вот теперь Силвия не только страдает от утраты, но и подсознательно чувствует себя виноватой и в добавок появилась анорексия... Смерть от голода... Это одна из самых мучительных смертей...» — и вот при таких мыслей Манни охватил ужас, будто бы он узнал о неизлечимой болезни близкого родственника.

Неожиданное новое открытие Тома, извлечённое из этого танца, сбило всю его чёткую схему счёта и чуть не привело к маленькой катастрофе. Стоит заметить, вырулил он эту ситуацию весьма ловко и, можно даже сказать, эффектно. И точку в танце поставил, и платье не разодрал, всё же перейти на «ты» и обнажиться разом было бы слишком чересчур.

Зато у невесты появится реальная возможность сделать свой костюм более реалистичным, став трупом, и прилечь в тот же самый багажник вместе с Джокером, ведь неожиданные свидетели точно будут быстро замечены, а переглядки и кивки мужиков из группировки будут теперь означать только одно — все приятные моменты на этот вечер (или даже жизнь) вскоре внезапно закончатся... В общем, кто мог подумать, что, зайди сейчас Эми в кофейню вместе с Томом, всё могло бы измениться. А пока, ни о чём не подозревающая, брюнетка просто продолжала ждать Томаса на улице.