|
| ||
Мы цитируем других, чтобы лучше выразить свою мысль | |||
Шантаж лучшее орудие спецслужб (с). | |||
Человек не выявляет себя в истории: он пробивается сквозь нее. | |||
Родился в Москве. Отец - член КПСС, мать - преподаватель истории в средней школе. В детстве Юрий был замкнутым и необщительным ребёнком и трудно сходился со сверстниками. В детский сад не ходил. Его дошкольным воспитанием и обучением занималась бабушка - заведующая отделом культуры в МГУ. В школе Юра стал более «живым» и общительным. С первого класса у него появился почти что единственный друг, с которым они дружат и по сей день - Петров Сергей Антонович - агент внешней разведки, работающий под легендой помощника атташе во французском посольстве. В 16 лет Юра закончил школу с золотой медалью и поступил в МГУ на юридический факультет. И тут произошло событие, которое перевернуло жизнь Куракина с ног на голову. Его отец был обвинён в государственной измене. Более того: он был застигнут в номере гостиницы «Интурист» в объятиях красивой американки. Юрий понял, что отца даже не будут судить - просто тихо расстреляют в подвалах «Лубянки», а их с матерью репрессируют как родственников врагов народа. Так бы оно и произошло, если бы Юрий не нашёл путь к спасению - КГБ! То,что должно навредить, станет помощью. Его новым местом работы стало 5-ое управление - отдел по борьбе с идеологическими, а иногда и политическими, в случае, когда одно вытекает из другого, преступлениями. Чтобы дать семье свободу, молодой юрист был вынужден отдать себя Системе - таковы были поставленные ему условия. Первое время Юра старался быть мягким с допрашиваемыми, старался сделать всё, чтобы уберечь их от превентивных мер советского правосудия, найти оправдания их поступкам или,хотя бы, смягчающие обстоятельства, чтобы расстрел заменили тюремным сроком. Нарушители видели это. Если им посчастливилось быть отпущенными, совершали ровно те же преступления, только теперь всё было аккуратнее - чтоб не попасться. Ещё они подбадривали друзей, мол, не так страшен Комитет, как о нём говорят, и в идеологах у них добрейшей души человек - надавишь на жалость и 50%, что отпустит. Такая ситуация не устраивала сотрудников «Лубянки». «Нельзя так, Юра, - говорил ему его непосредственный начальник - своей мягкотелостью ты компрометируешь нас в глазах советского народа. Пока ты не дослужился до высоких званий, у тебя ещё есть возможность уйти». Но Куракин понимал - стоит ему написать рапорт на увольнение, как на его отца тут же «неожиданно» найдётся какой-нибудь компромат, после которого уже точно последует расстрел, а их с матерью точно ждёт тюрьма, а, затем, ссылка. Система просто так никого не отпускает - не обвиняемых, ни обвинителей. Куракин остался. В «награду» он получил такую обвиняемую, после которой двадцати шести летний Юра Куракин мягкий следователь пятого управления постепенно стал превращаться в жёсткого сотрудника КГБ СССР. В последствии он пройдёт спецшколу №100 и, помимо того, что будет являться начальником идеологического отдела, будет иметь ещё и военную подготовку разведчика (на всякий случай). Но это будет к тридцати четырём годам, а пока первый в его жизни жёсткий допрос. Этот допрос был отличен от прочих тем, что он вёлся ночью на цокольном этаже, в полутёмном кабинете, освещаемом лишь ярким светом настольной лампы. Допрашиваемой была красивая молодая женщина, говорящая по-русски с явным американским акцентом. «Это Барбара Орман, - сказал заглянувший в кабинет Козин, - американская агентесса, направленная ЦРУ в ССР в качестве агента влияния, подогревающая, так сказать, моральное разложение в советском обществе. Это она была в «Интуристе» с твоим отцом». У Куракина ком застрял в горле. С минуту в кабинете стояла мёртвая тишина. Американка улыбалась: развратно, зовущее. Она без всякого стеснения клала ногу на ногу так, что короткая юбка задиралась дальше некуда. Барбара, так похожая на неизвестную советским детям куклу Барби, явно была уверенной в себе и чувствовала свою вседозволенность. Юрий понимал, что каким бы примерным семьянином не был его отец, но он был мужчиной, здоровым мужчиной, потому устоять перед такой легкодоступной барышней он и не смог. Это был первый жёсткий допрос Куракина, не такой жёсткий, как будут все последующие, но и не такой мягкий, как были до этого…. Его захлёстывала ненависть и желание разорвать американку голыми руками. Но нельзя! Нельзя чинить произвол и устраивать самосуд. Это Юра усвоил на юридическом факультете. Впоследствии, конечно, непогрешимость этиго правила будет нарушена, но пока молодой человек титаническими усилиями не даал себе совершить убийство. В процессе допроса Юрий выпытал у обвиняемой, что она практически ежедневно докладывала в Центр о том, как меняются настроения в партийном аппарате и в какую сторону. Орман перебывала со многими членами ЦК и на многих теперь имелся убойный компромат, из-за которого пострадают не только они, но и их семьи. Барбару расстреляли, а Куракин перевернул новую страницу в жизни, превратившись в «классического» сотрудника Комитета госбезопасности, не брезговавшего, если нужно, проводить допросы с пристрастием. К тридцати четырём годам Юрий стал майором. Коллеги уважали его и даже побаивались, говоря между собой, что не хотели бы попасть к нему на допрос в качестве обвиняемого. Высокий, всегда гладко выбритый русоволосый Куракин умел оказывать не только физическое, но и психологическое давление. Из его кабинета было трудно уйти не то что на свободу -- вместа заключения! Пронзительный взгляд холодных серо-голубых глаз, спокойный, вкрадчивый, но вместе с тем твёрдый голос среднего, ближе к низкому, диапазона вселял страх, а некоторых, видно, более слабых и вовсе вводили в оцепенение. Уйти от Куракина живым было можно. Можно, если ты им же и завербован, и тогда уже тебе не удастся соскочить с крючка системы. Атлетичная, но не перекаченная фигура, красивые руки, длинные пальцы, похожие на пальцы пианиста (но хватка их далеко не «музыкальная»), немного острые тонкие черты лица, немного тонки губы с почти постоянной саркастической ухмылкой, - всё это способно привлечь часть прекрасной половины человечества. Но крепкое тренированное тело и красивые глаза - это лишь внешние проявления. Куракин умеет убеждать психологически - словами. Он спокоен и почти никогда не повышает голоса, хотя в данном случае, неизвестно, что лучше, а уж если повышает, значит, скорее всего, ваше дело совсем плохо и не поможет никакая вербовка. Холоден, расчетлив, не поддаётся панике, скуп а эмоции. Их он способен проявлять в семье или с самым близким другом (возможно, найдётся и ещё кто-то, который станет ему столь же близким). С женщинами горяч и страстен, даже может быть романтичен, если того требует ситуация или девушка ему очень симпатична. Он сам выглядит немного моложе своих лет, потому предпочитает женщин моложе себя. Семью заводить не планирует, считая, что и так имеет в жизни всё, что нужно. Предпочитает чёрный кофе по утрам, а до него лёгкую пробежку. Не курит, из алкоголя предпочитает хороший коньяк. Единственный его страх - семья и друг (или друзья - как пойдёт на форуме) - за них он убьёт любого или сам пожертвует жизнью. На данный момент, когда его отец и мать в безопасности и проживают в Индии, работает не за зарплату, а за идею. Имеет отвращение ко всему западному, ко всему капиталистическому миру. Любит читать в свободное от работы время. В основном эта историческая литература, но не только. | |||
Мелочи не играют решающей роли. Они решают все. | |||
Не забудем рассказать о важном: московский, ЛИЛ, (в реале женский), 21+ https://vk.com/id2028679 | |||
Отредактировано Юрий Куракин (20.10.2017 01:44)
| 
