"Надо отдать ей должное! Самообладания-то у неё побольше, чем у других-то постарше её. Я-то думал, что все эти американки истерично бросаются защищать свои права, с пеной у рта доказывая, что мужчина с женщиной должны быть равноправны... Хм..." - Манни даже позволил себе улыбнуться уголками губ.

Слова девушки были достойны уважения, по крайней мере, со стороны мужчины. Она спокойно отвечала на его провокационные вопросы, что было непростым делом для такой юной девушки. Впрочем, Манни ждал подвоха. Чего-нибудь такого, что заставит его посмотреть на Кэтрин другими глазами. Пока же она производила на него очень приятное впечатление. Он даже начинал думать о том, чтобы предложить ей встретится ещё раз. Тем более она разделяла его мнение о том, какие порядки должны быть в семье. Пусть не до конца. Пусть оставляла небольшую надежду на равноправие, но всё же лучше чем выкрикивать лозунги о том, как мучаются женщины под гнётом мужчин.

"Их послушай, так мы - самый подлые существа на земле", - Манни даже фыркнул, вспоминая те митинги феминисток, что показывают по новостям.
Себе он заказал жареный мясной язык и немного пива. Когда официант ушёл передать заказ на кухню, всё внимание снова его было обращено к собеседнице.

- И вы готовы быть на вторых ролях? Вас это устроит? - прищурился Манни и перевёл взгляд на море.
Безмятежность. Спокойствие. Умиротворение. Вот бы всегда было также. Но нет, всё дело осложняли частые ссоры в семье. Хотя Манни был уже достаточно взрослый. Но эта брань между отцом и матерью не проходила бесследно.

Подпись автора

Такой день сегодня, а я не брит. (с) Три тополя на Плющихе

На протяжении всего разговора он сопоставлял Кэтрин с тем образом дамы, который в последние годы был так популярен среди молодёжи. Манни хотелось стабильности, уверенности и домашнего очага, но беспечность медленно проникала в массы даже в мрачной Германии. Пока половина населения мира называла немцев "фашистами", молодёжь пропагандировала мир и беспечность. Лично для Манни эти слова обозначали отсутствие стабильности и неуверенность в завтрашнем дне, то есть, противоположность тому, к чему он стремился.

Кэтрин отвечала очень уверенно, даже на такой сложный вопрос. Собственно, этим-то она и расположила к себе мужчину. Манни только отметил, что будь он помоложе, то уже бы давно помчался к телефонному автомату, спешно отыскивая ржавую мелочь в кармане. Позвонил бы маме и сообщил, что встретил девушку своей мечты. Но сейчас было уже совсем другое время и Манни был уже не в том возрасте, чтобы принимать симпатию за знак судьбы.

- Танцуете? Поёте? - удивился Манни.
Нет, тут дело было не в том, что Кэтрин была плоха для работы на сцене. На миг он представил себе, что если напротив него сидит какая-нибудь известная американская звезда эстрады, а он морочит ей голову своими провокационными вопросами.

Хотя, нет. Пожалуй, если бы это было так, то рядом бы уже давно возник прилипала-менеджер или ассистент звезды, который символизирует собой мрачное закулисье. Да, и в послевоенное время артистам наверное худо приходится с работой. Ведь сейчас в приоритете у многих вовсе не духовная пища.

Тем временем, Манни уже принялся за уничтожение мясного языка. Отпив пива, он, как и подобает патриоту, отметил, что в Германии оно лучше.

Подпись автора

Такой день сегодня, а я не брит. (с) Три тополя на Плющихе

- Интересно бы было вас послушать, - вдруг вымолвил Манни.
Всё же он был творческой личностью и эту часть своей души было сложно скрыть. Вернее, он научился с этим жить, чтобы не терпеть насмешки от окружающих. А ведь раньше отец часто насмехался над сыном за стремление, что-то зарисовать в своём маленьком блокноте. Были, конечно же, и те, кто относился к его увлечению более снисходительно, а некоторые даже восхищались рисунками.

Кстати, последние представляли особую опасность для Манни. Потому, что одна улыбка могла заставить даже самого чёрствого человека смягчить тон. Сейчас он видел, что Кэтрин бы поддержала его хобби, а потому пожалел, что оставил блокнот и ручку в номере. А потому мужчина решил, что можно дать больше свободы художнику внутри себя, а циник-Манни пусть немного отдохнет. Ведь он, к сожалению, более востребован.
- У вас интересное лицо, - прищурив один глаз вдруг заметил немец, - Я бы даже написал ваш портрет, пожалуй.

Правда к настоящим портретам Манни редко обращался. Обычно на это не хватало времени. Всё заканчивалось быстрыми набросками ручкой в блокноте. Впрочем писал Манни довольно быстро, исправлял мало, но даже так времени на портрет надо слишком много.
- Только не поймите превратно, ей-богу, - поспешил добавить он, наученный горьким опытом, - многие при слове "портрет" представляют обнажённые натуры. Даже обидно иногда становится.

Подпись автора

Такой день сегодня, а я не брит. (с) Три тополя на Плющихе

- И вы споёте специально для меня? На отдыхе? Вы сюда видно не работать приехали, - последние слова Манни, честно сказать позабавили.
То, что девушка, певица, посреди отдыхала на пляже, а не отсыпалась после позднего или перед поздним концертом говорили о том, что Кетрин не собирается выступать.

- Но может быть мне когда-нибудь посчастливиться попасть в штаты, чтобы послушать вас... - протянул мужчина и улыбнулся.
Девушка была и правда милой. По его мнению, не должна была работать в шоу-бизнесе, где каждый болван просил певицу не спеть, а продемонстрировать свою фигуру и навыки любовницы. Не справедливо всё это. Манни-то и считал, что девушкам лучше сидеть дома не потому, что они слишком глупы для работы, а ещё и потому, что работа порой бывает жестока.

- Да, хороший бы портрет вышел ваш на фоне заката. Вы смотрите немного в сторону и багровые лучи освещают одну половину лица, - пустился в объяснения Манни о том, как он видел этот портрет.
И по его мнению получилось бы отлично. Даже очень недурно. Но с другой стороны, напиши он портрет, что тогда с ним делать? Повесить дома на стену и твердить, что художник - это он? Манни скрывал своё хобби. Потому что оно было какое-то немужское, придавало его облику романтичности и мечтательности. А эти качества, как думал он, очень мешают в современной жизни. Да и потом его отец совсем бы не одобрил рисование, а Манни всю жизнь потратил на то, чтобы понравиться ему.

- Ладно, к чему разводить пустые разговоры? У меня ни кисти, ни холста, ни красок, - он бы поговорил ещё, но не хотел всё же прийти к решению написать портрет. - Хотите чего-нибудь ещё?

Подпись автора

Такой день сегодня, а я не брит. (с) Три тополя на Плющихе

- В таком случае, мне пора, - коротким жестом подозвав официанта, Манни уже тянулся на потёртым бумажником, лежавшим в левом кармане брюк.

Он попросил счёт и машинально принялся отсчитывать купюры с явным намерением заплатить не только за свой обед, но и за Кетрин. Так выглядело по его мнению куда более справедливее по нескольким причинам. Во-первых, идея отведать вместе местных деликатесов на пляже принадлежала ему, а не девушке. Во-вторых, дамам в принципе не стоит платить за себя. У них-то и денег нет, да и она была такой молодой. Ей деньги нужнее, чем ему. Скорее всего, Кетрин ещё захочется и в ночной клуб сходить, и напитки отведать. А Манни согласен только полюбоваться на закат, старчески пожаловаться на комаров и пойти в номер.

"Но это американки..." - молнией возникла мысль, - "Они во всём ищут подвох... Что если она решит, словно так я пытаюсь её оскорбить?"
- Не возражате?- вопросительно глянул он на девушку, оставляя деньги на столе.
Впрочем тут же мысль о том, что Кетрин американка совсем "неправильная" успокоили Манни. И он, не дожидаясь ответа, отдал официанту счёт вместе с наличными.

- Кстати, возьмите мой номер телефона. В следующий раз я обязательно напишу ваш портрет, будь у меня под рукой кисти и краски, - по давней привычке он потянулся в карман за ручкой с блокнотом, но вспомнил, что оставил в номере, -  У вас найдётся ручка и клочок бумаги?

Подпись автора

Такой день сегодня, а я не брит. (с) Три тополя на Плющихе

Безопасность в этой стране сильно страдала. Собираясь сюда, Манни успел прочитать туристический справочник и успел понять, что солнечная Греция сильно отличается от пасмурного Берлина, но такого... Грабители действительно здесь очень изобретательны. И главное, как государство такое может допустить? Где меры? Почему никто не беспокоится о безопасности жителей и туристов? Впрочем, риторические вопросы и размышлять сейчас не было времени.

Будучи последователем традиционных ценностей, Манни не мог позволить того, чтобы этот "гражданин" спокойно смылся с деньгами его и ещё десятерых клиентов. Девушкам-официанткам тоже было что сказать. Например, куда смотрели они? Обмануть десять клиентов - нужен как минимум час свободного времени. А что делали они?... На работе?.. В общем, он ещё раз убедился в том, что работа - абсолютно не женское дело. Гораздо лучше у представительниц слабого пола получается сидеть дома, готовить ужин и чистить кастрюли.

Обмен контактами с прекрасной Кетрин пришлось отложить. Не говоря официанткам ни слова (а хотелось, знаете, сказать пару ласковых) он вскочил из-за столика и направился в том же направлении, что и "официант". По пути он пробормотал что-то на немецком. Впрочем вблизи пляжа движение на дороге было достаточно плотным, а потому он не должен далеко уехать. Быть может, у него получится скрыться, но только нарушив правила дорожного движения. Стоило ли надеяться на бдительность местной патрульной службы?

Поскольку личным транспортом он не располагал, Манни попросил первого попавшегося таксиста следовать за человеком на мотоцикле.

Подпись автора

Такой день сегодня, а я не брит. (с) Три тополя на Плющихе